Мами немає, залишилась лише ненависть. Жінка розповіла про особисту трагедію в Ірпені

Автор: Володимир Хлєбников
12:09 22.03.2022

Киянка Катерина Ільченко поділилися своєю особистою трагедією, яка спіткала її через російську військову агресію. Внаслідок нищівного обстрілу Ірпеня загинула її матір.

Мами немає, залишилась лише ненависть. Жінка розповіла про особисту трагедію в Ірпені

Жінка оприлюднила допис, в якому розповіла про руйнування бітьківського будинку.

Свою історію Ільченко оприлюднила російською мовою. “ВК” також публіє допис мовою оригіналу.

Я трохи отямилась і пишу. Це буде мій останній пост російською, але на це є декілька причин.

Это дом моих родителей в Ирпене. Его построил отец практически своими руками. Так получилось, что после института он оказался в России и много лет стремился вернуться в Украину. Тогда это было не так уж просто, поскольку свободного рынка труда не было. Из Стерлитамака в Волгоград, из Волгограда в Кишинёв и уже из Кишинева под Киев. Он отказался от квартиры и взял земельный участок, потому что хотел Дом.
Моя мама русская. Родилась в Челябинске. Там же родилась и я. У нас там по-прежнему живут типа родственники. Ее родной брат в последнем разговоре за пару недель до войны рассказывал, что ему нравится Путин, хотя не со всеми его решениями он согласен. Мама ругалась и возмущалась: как ты можешь так говорить? Он же убийца!

Когда началась война ее родной брат не позвонил. МНе сказали, что он переживает и пошёл в церковь поставить свечку за мир.

Ночью 8 марта в наш дом попал снаряд. Мама была в доме.

В доме, в котором всегда было много гостей. Когда я была школьницей, студенткой. Мои друзья много лет вспоминали столы, которые Мама готовила, чтобы их угощать. В этот дом приезжали родственники из России. Им нравилось. Чистый хвойный запах Ирпеня, Киев, наша гостеприимность.

Слева наверху уцелевшее окно – это моя комната. Там была большая библиотека, которую собирала моя бабушка, мои университетские книги, фотографии. Прямо под ней – гостиная. Там всегда накрывали стол нашей фирменной бело-золотой посудой, немецкий сервиз, который отец купил на выставке в Москве ещё в 70-е годы, и которому до сих пор люди удивлялись. Ничего не осталось из моей личной истории. Ни одного предмета, ни одной фотографии. И самое главное – мамы. Осталась только ненависть.

Эта часть города находится в самом пекле боевых действий. Невозможно туда попасть, разобрать завалы, похоронить“.

Читайте також: Хлопець тиждень йшов з ірпінського аду…з двома коровами

Великий Київ у Google News

підписатися